Кинотеатр “Россия” представляет

На старости лет Мартин Скорсезе показал молодым хулиганам типа Джеймса Вана и М. Найта Шьямалана, почём фунт изюма. После “Острова проклятых” этим юным гениям триллеров с неожиданным концовками, конечно же, рано уходить в монастырь замаливать грехи (дабы в будущей жизни уберечься от таких уничижительных оплеух по мордасам), но ситуация не становится от этого менее ироничной.

Снова повторяется история с “Отступниками”, когда никто, кроме самых убеждённых поклонников, не ожидал от дедушки такой прыти. Как он держит себя в форме? Чем питается на завтрак? Какие стероиды принимает? И пусть уже начинает делиться, блин, с другими людьми — молодому поколению надо расти над собой, тут любые рецепты пригодятся.

Назвать “Остров проклятых” атмосферным фильмом — это всё равно что сказать про солнце: ну, у этого сгустка хрен знает чего довольно-таки тёплая поверхность. Иногда складывается ощущение, что здешняя атмосфера — всепроникающая, как запах от раскуренного на лестничной клетке соседом косяка. Эффект, если верить молодежным фильмам, соответствующий — на некоторых нападает резкий нервный жор, на других — острые приступы паранойи.

Сюжет и безо всяких стимуляторов напоминает не то чтобы бред сумасшедшего, но продукт больного воображения — в хорошем смысле. А чего вы ещё хотели, если главный герой фильма — психологически травмированный судебный пристав, нередко видящий свою покойную жену и прибывший расследовать исчезновение пациентки в островной дурдом строгого режима, где содержат убийцу супруги и, возможно, проводят бесчеловечные эксперименты бывшие нацистские преступники?

Цитата: - Отпусти меня! (Долорес)

Если трезво взглянуть на фабулу, то в самом деле легко заподозрить неладное, но поверьте на слово — реорганизовать извилины во время фильма нет никакой возможности — так искусно пудрят мозги нашему брату. При этом там и сям разбросаны подсказки, которые замечаешь только под конец, когда мозаика полностью собрана — причём не тобой, а автором. Всё сходится просто идеально — главный герой, его окружение, мотивации и последствия. Да, пророка из зрителя не получилось, но зато можно на пару секунд почувствовать себя этаким невъебенно сообразительным психологом; сильное заблуждение, конечно, но до чего же приятное! Всё-таки хорошая это штука — полное взаимопонимание между режиссёром и зрителем.

Если не изменяет память, Лео Дикаприо уже третий раз играет у Скорсезе психически неуравновешенного персонажа: в скучном “Авиаторе”, драйвовых “Отступниках” и теперь невероятно зрелищном “Острове проклятых”. И с каждым разом — всё лучше и лучше. Что-то эдакое Скорсезе видит в Дикаприо — наверное, охуенного актера. Впрочем, чтобы не увидеть этого в “Острове”, надо быть слепым на два глаза и третье око — а нас с вами эта напасть, тьфу-тьфу-тьфу, вроде бы обошла стороной.

К счастью, труды обоих не пошли прахом из-за наших переводчиков и локализаторов, которые в кои-то веки потрудились так, что потомкам будет не стыдно. Когда протагонист кричит и плачет, в его голосе слышится самая настоящая, искренняя боль — то ли нашему актёру тыкали шилом в чувствительные места, то ли человек просто чудовищно вжился в роль. В любом случае, получилось очень внушительно.

А теперь задумайтесь: если кино способно прошибить черепаший панцирь мастеров дубляжа, на чьем счету десятки, если не сотни убитых фильмов, то что оно сделает с вами? Вот именно, страшно представить.
Юрий Лущинский
20 февраля 2010

www.kino-govno.com